Розали сидела в кресле перед горящим камином, рассеянно глядя  в  его
живую глубину и расчесывая  струящиеся  по  плечам  только  что  вымытые
волосы. Мерцающий свет и размеренные движения  постепенно создавали в комнате атсосферу покоя и уюта.  Задумчиво  перекинув  светлую  волну  волос  на  одну   сторону,   она собиралась стянуть их в тугой узел, но тут услышала шум во дворе. Эмметт вернулся. - это мысль сразу же принесла всепоглощающее спокойствие.
В камине потрескивали дрова, вспыхивая порой светлым  золотом,  яркие
блики играли в глазах Роуз. В руках у неё была книга, которую девушка делала вид, что читала. В самом же деле взгляд даже не скользил по строкам, Роуз  сидела  и смотрела в одну точку, точнее на свое отражение в зеркальном потолке, упрямо создавая полную отрешённость от происходящего и погружённость в чтиво. Ей абсолютно не было дела, что книга, взятая впопыхах, была ничем иным, как медицинским справочником доктора Карлайла, и что держала она справочник, вверх тормашками. Она ждала. Послышался скрып двери, и ее лицо сразу же озарила ослепительная улыбка ангела.
- Эмметт! - выдохнула девушка, вставая. - Ты вернулся! - секунда и она порхнула к мужу.

Эмметт улыбнулся ослепительной улыбкой, и Розали даже на секунду показалось, что ее взгляд помутнел и, чуть подкосившись, она прильнула к мускулистой груди мужа. Это была ее обычная реакция. Эмметт зарылся в золотистые волосы Розали. Именно в такие моменты она чувствовала себя по-настоящему человеком. Хоть Роуз все время твердит, что отдала бы все на свете, за человеческую жизнь, чем однажды сильно обидела Эмметта, заявив, что променяла бы и его любовь тоже, но это была лишь теория. На практике, как бы сильно не уверяла себя в этом блондинка, она бы ни за какие подачки не согласилась бы снова стать человеком, только ради Эмметта. Без него она бы в первые же годы нашла бы способ покончить с собой. - Золотце, ты скучала по своему медвежонку?- шёпотом спросил вампир на ушко блондинке. Его прохладное дыхание приятно щекотало кожу.
- Конечно! - закрыв глаза, чуть слышно прошептала она. - Ты даже не представляешь как! В первые же минуты расставания больше всего я хотела сорваться с места и побежать к тебе... - призналась она, - но Эсми посоветовала мне "проверить свою силу воли, я имею в виду, на сколько меня хватит..." - девушка с поразительной точностью скопировала голос матери. - Еще минута и я сорвалась бы. – Казалось, время замедлило свой ход. Если бы сердце Роуз не было бы мертво, то сейчас похоже уж точно остановилось. Эмметт продолжал смотреть ей в глаза. Хейл медленно подняла голову вверх. Ее рука поднялась к лицу вампира, длинные пальцы, скользнув, опустились на плечи. Затаив дыхание, она прикрыла глаза и прикоснулась своими губами к губам мужа. Его поцелуи ни с чем сравнить. Губы двигались медленно, словно что-то искали. Все чувства смешались, Роуз лишь ощущала обольстительное давление его губ. Она забывала дышать, да это вампирше и не было нужно. Девушка расслабилась, ее руки, до этого пассивно лежавшие на крепких плечах, ожили. Блондинка медленно пропустила пряди темных волос сквозь пальцы. Нехотя отстранившись, она заглянула в золотистые глаза Эмметта. С последней встречи в них что-то изменилось. - Ты охотился? - быстро догадалась Розали.

Любовь всегда судит о людях с хорошей стороны, она удалена от злых умыслов, коварства и клеветы. Она извиняет слабости и старается укрепить человека в его силах. Она старается сделать добро каждому, всем прощает и всем служит. Она никогда не отказывается дать доброе наставление и всегда готова помочь примирить несогласие, охотнее претерпевает, нежели мстит, далека от присвоения чужого. Она всегда свободна и усердна к добру, постоянно удаляясь от зла. Именно любовь помогла стать Розали добрее и искреннее...
   От каждого прикосновения любимого блондинка буквально таяла. Боже, как же я его люблю, никто и никогда так не любил, они даже мечтать не смели о таком. А самое главное, меня ничто и никогда не сможет оторвать от него. Вечность... от этой мысли Розали затрепетала. Было в ней нечто устрашающее, но одновременно и благоговейное. У этого слова есть свои плюсы и минусы. Плюсов было, конечно же, гораздо больше, но минусы казались весомее... - Пять баллов, родная. - кивнув, проговорил Эм, - После того, как помог Карлайлу на работе, решил заскочить в лес. - Роуз чуть выпятила нижнюю губу, приняв такой разнесчастный вид, что даже, наверное, боги, увидев это горе, разрыдались бы.
- Мог бы мне позвонить, я бы с тобой пошла на охоту... - обиженно, словно ребенок, у которого отобрали конфету, прошептала она. Конечно, глупо было обижаться, но вампирша ничего не могла с собой поделать.
- Я тут жду, волнуюсь, а он... - Розали неодобрительно покачала головой, начиная потихоньку злиться. Никогда нельзя предугадать реакцию Хейл, хотя именно эта черта была одной из любимых Эма.

Дождь идет давно.
С субботы, с небольшими перерывами, выколачивает он свои незамысловатые мелодии по крышам домов, по разноцветным полотнищам зонтиков, чернит серенький асфальт. Заставляет плакать холодное стекло, глядящее до этого равнодушно на людей, деревья, фонари и птиц, на закаты - восходы... Дождь разный - то мелкий и нервный, пускающий пену по лужам, то тяжелый и размеренный, оставляющий оттенок величавой грусти на душе, то ливень, прошивающий пространство водяной стеной и срывающий воду с крыш сплошными водопадами. Дожди и прямые и косые, и с ветром и без ветра, нет только грибного, радужного дождя. Город завис в серой мгле и не намеревался пока оттуда выбираться.
Но есть еще один дождь.
Он - отдельный вид: не такой, как все те, обычные виды дождя. Он приходит лишь под вечер, когда солнце падает в серые тучи, птицы рассаживаются на деревьях, и зажигается единственный фонарь, пронизывая капли, пролетающие мимо него, янтарным светом. Он вежливо, но настойчиво отгоняет тучи стандартных, нудных дождей и приводит свои. Никто не может их толком рассмотреть, так как они теряются во тьме, и воображение дорисовывает их до реальности - они, должно быть, мягкие, глубокие и фиолетовые, раз роняют такие дожди, как Пушистый Дождь.
Да, Пушистый.
Он чем-то похож на снег, но не холоден. Он ласков, как кошка, но летает птицей в пелене вечера и в шелке ночи. Он никогда не метал молний и не рокотал громом, будя в три часа ночи добропорядочных людей, но внушал к себе теплое, сиреневое и пушистое, как он сам, уважение. Внушал ненавязчиво, но твердо, глядя светлыми взглядом фиолетовых глаз с длинными ресницами сквозь свои струи. Розали любит именно такой дождь и когда он наступает, она слышит его - не ушами, а нервными клетками, слышит кожей и умом - как он постукивает по стеклу, не будя людей грубо, как прочие дожди, а убаюкивая...
И когда утренний нервный дождик перекашивает лицо задремавшего окна, Роуз не обращает внимания. Ведь она знает, что он придет вечером - Пушистый Дождь, такой пушистый, сиреневый и родной, заставляющий звезды плакать от радости...
- Ох лиса! Сильна, как ветер, и слаба, как мошка, с душою нежной, но хитрющей кошки... - мягко проговорил парень, - Роузи, я сам не планировал ехать в лес, но вот так получилось...
- Поэт из тебя не очень... - уже спокойней, но все еще холодновато отозвалась блондинка.
- Чёрт, Роузи, ну чего ты такая? Подумаешь? Прошло то всего ничего, я же не на день пропал! - начал оправдываться Эм.
- А может мне это показалось днем? Или неделей? - чуть прошипела девушка, с фырканьем выбравшись из объятий. Через пару секунд вампир обхватил Розали за талию своими сильными руками, поворачивая к себе лицом, и глядя ей в глаза,
- Ну Рооооузиии, ну может, ты всё-таки не будешь дуться на своего медвежонка, а? Я ведь ничего криминального не сделал... - протянул Каллен, поцеловав блондинку в подбородок. Взгляд Хейл сразу смягчился и она улыбнулась.
- Только обещай больше впредь этого не делать! - строго напомнила она, хихикнув. Розали иногда бывает трудно понять, даже Каллены иногда недоумевали над тем или иным ее действием, только Эмметт, казалось, знал каждый ее шаг наперед.